Байки  (Прочитано 66255 раз)

Оффлайн Mustafa

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1355
  • Пол: Мужской
  • Из СРМ
Re: Байки
« #800 : 06 Марта 2018, 07:37:32 »
Однажды был такой случай, удивительный по красоте своего трагизма для штаба дивизии.

Приехал к нам министр обороны на лодку. По фамилии Грачёв, если помните такого. Сам он был из десантников и на подводную лодку попал первый раз в жизни, а тут ещё «Акула». Он после своих этих БМП и БТР с вертолётами пришёл в натуральный шок от этого торжества инженерной мысли над законами экономики. Он-то думал, небось, глядя фильмы про войну, что подводная лодка – это такой танк неприметненький, который плавать может, а тут у него фуражка свалилась, когда он на рубку с пирса посмотрел. Ну как тут в шок не впадёшь? И подводники. В кино-то они в кителях все и пилотках, а тут в каких-то робах, с какими-то красными термосами на боку и в тапочках с дырочками. Представляете, вы – министр обороны целой страны, привыкли уже к паркету, блестящим ботинкам и тому, что вам все честь отдают натуральным образом, с поворотом головы на ходу или щёлканьем каблуков на месте, а тут что?

Он спустился в центральный, осмотрел все боевые посты, послушал, что для чего нужно, и говорит:

– Ну, давайте теперь по лодке пройдёмся.

– Пожалуйста, – говорит старпом, – вот сюда проследуйте.

– В дырку эту? – удивляется министр обороны.

– Да, – подбадривает его старпом, – в переборочный люк.

– О, люк! – обрадовался министр обороны знакомому слову, – как в танке почти! А как вы через них ходите?

– А вот так, – говорит старпом и в следующую долю секунды уже машет министру ручкой из соседнего отсека.

Он в них почти не наклоняясь прошмыгивал. Вообще подводники через переборочные люки пролазят как бы боком и жопой вперёд: так ловчее и быстрее выходит. Но все остальные люди, включая министров обороны, пытаются в них пролезть вперёд головой, что тактически неверно и некрасиво выглядит сзади. А у меня пост боевой как раз был сбоку от люка из центрального в девятнадцатый отсек. Вы даже не представляете себе, сколько я высокопоставленных жоп за свою службу видел. Включая жопу министра обороны Российской Федерации.

Походили они по лодке, министр даже в реакторный отсек зайти не побоялся, между прочим. Вернулись обратно, и он говорит:

– Ну, дайте мне где-нибудь вам запись сделаю какую-нибудь!

И старпом ему ловко так ЖБП подсовывает. ЖБП – это журнал боевой подготовки корабля, один из основных документов на ПЛ – туда записываются все результаты проверок и отработки всех боевых задач. Секретен до невыносимости. Министр берёт ручку и пишет (передаю не натуральную запись, а так, как нам её старпом перед строем зачитывал): «Осмотрел лучший в мире крейсер – ТК-20. Крейсер охуенен своей мощью и красотой! На крейсере полный флотский порядок и чистота даже в труднодоступных местах! Экипаж просто лапочки неземные и феи сплошняком! Все умные, везде побритые и с блеском в глазах! Считаю экипаж и крейсер гордостью военно-морского флота и спать теперь буду спокойно, зная, что морские границы Родины находятся в мозолистых руках её достойных сынов! Люблю их теперь горячо и жалею, что не хватило мне ума пойти в подводники!» Ну и подпись: «Целую, министр обороны Грачёв».

Уехали. А на следующий день приехал к нам штаб дивизии проверять нас на готовность к выходу в море (какую-то очередную задачу по плану должны были сдавать). Флагманский механик нам сразу сказал:

– Ребята, расслабьтесь, в море мы вас не выпустим. Приезжает на флотилию комиссия из Москвы, и под проверку хотят вас подставить. Нам даны жесточайшие указания вас в море не пускать.

Расслабились. Не привыкать же. После проверки собираются они все в центральном посту (в кресле хмурый командир, рядом хмурый комдив), и флагманские специалисты начинают доклады свои по очереди:

– БЧ-1 к выходу в море не готовы. Карандаши не наточены, штурман – хам.

– БЧ-2 к выходу в море не готовы. Всё хуёво.

– БЧ-3 полное говно. Какое море?

– БЧ-4 не знает азбуки Морзе. Всех расстрелять и набрать новых!

Ну и так далее.

– Ну что же вы к выходу в море-то не подготовились! – орёт комдив, – Что ж вы за люди-то такие безответственные!!! Старпом!!! Ж! Б! П! Мне!

Старпом подаёт ЖБП, услужливо открыв его на вчерашней записи министра.

Комдив читает запись. Коричневеет лицом и издаёт горлом булькающие звуки. Он, конечно, отчаянный парень, но перечить министру обороны в секретных документах, которые хранятся вечно, – это полный моветон на флоте. Вечность не простит.

– Ну старпом, ссссссу-у-у-у-ука-а-а-а! – шипит комдив на старпома. – Хуй! – кричит он ему уже откуда-то сверху, убегая с корабля. – Хуй ты у меня когда командиром станешь, жопа хитрожопая!

Сидим в центральном молча, ждём, пока воздух остынет от накала страстей.

– Ну что, Серёга, – командир хлопает старпома по плечу, – навеки ты мой, а я твоя!

Все ржём и вытираем слёзы рукавами.

– Тащ командир, – отсмеявшись, говорит старпом, – комдив фуражку свою на столе забыл, может, послать кого, чтоб в штаб отнесли?

– Да вот хуй ему! Не царь – сам приедет и заберёт! Давай, Серёга, насрём ему в неё дружно, чтоб любовь наша флотская по ушам у него текла коричневыми потоками!

– У меня есть более конструктивное предложение, подкупающее своей новизной, – возражает старпом, – по пять капель!

– Умеешь ты, змей, соблазнять!

Оба в обнимку уходят. А нам-то что делать? Тревога же до сих пор объявлена. Командир звонит через пять минут:

– Отбой тревоги, всех по домам – любить жён на прощание. Завтра ввод ГЭУ и выход в море по плану.

А в море мы ходить любили тогда. В море спокойнее было.

Оффлайн Mustafa

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1355
  • Пол: Мужской
  • Из СРМ
Re: Байки
« #801 : 15 Марта 2018, 08:31:22 »
Стою низко опустив голову.На меня кричат, грозят. А я, вроде уже не молодой человек, не могу поднять голову и посмотреть в глаза людям. Внученька, внученька, зачем ты так с дедушкой! Зачем ты это сотворила?
Народу в кабинете директора школы много, но прям со злобой на меня наезжают директриса школы, инспекторша по делам несовершеннолетних и молоденькая учительница. Только участковый не поднимает головы уткнувшись в бумаги. Меня уже провели по разгромленному актовому залу, показали следы крови на некоторых предметах. А теперь меня грузят по полной.
И поскольку говорят одновременно, то я воспринимаю урывками:
-сорвала вечер встречи выпускников..
-..пострадал авторитет школы..
- .. пострадали уважаемые люди..
- .. тяжкие телесные...сотрясение мозга..
- .. многочисленные ушибы .. вырванные волосы ... порванная одежда..
Мне всё хуже, я не могу уже сдерживаться, чувствую не выдержу. Достаю пластинку валидола:
-Извините, мне надо выйти на свежий воздух.
Поворачиваюсь и выхожу из кабинета. Слышу голос участкового:
- Я, провожу гражданина.
Едва сдерживаясь прохожу по коридору, выхожу на крыльцо.Оглядываюсь, и ускоряя шаг спешу за ближайший угол школы.
Заворачиваю и тут сила воли моя кончилась.
Я начинаю смеяться, да какой там смеяться - РЖАТЬ!!! До слёз, до стука головой о стену!
Там меня и нашел участковый, только вот смеяться он начал гораздо раньше. Подошел ко мне уже в слезах.
Так мы и угорали с полчаса.
- Ну вот КАК! Я мог такое пропустить?!-вытирая слёзы сказал участковый -Ведь всегда присутствовал сначала, а тут решил подойти к окончанию вечера.
- Я надеюсь, кто нибудь снимал на видео?
- Вот нам только и остается надеяться - махнул он рукой.
- А откуда у нее все эти аксессуары?
Я подумал.
За неделю до этого Юленька (внучка моя) ездила в Краснодар на свадьбу к подружке.
Вот видимо оттуда все и привезла.
И вот представьте: вчера, Вечер Встречи Выпускников, актовый зал. Старшеклассники со сцены поздравляют школу, учителей, выпускников. Короче, поют, танцуют. Открывается дверь и в зал входит моя внучка (она в 11 классе) в шикарном, белом свадебном платье. Фата и букет невесты тоже присутствуют. Ясное дело, под руку с женихом. Сзади свидетель и свидетельница с лентами через плечо.
"Невеста" поднялась на сцену:
-Уважаемые гости! Я не могла, не поделиться с вами своим счастьем, поэтому я решила бросить "букет невесты" в родной школе. Ведь у нас так много одиноких девушек желающих выйти замуж! Ловите!!!
И бросила букет в зал.......
Дальше уже рассказывал участковый.
-Директрису отшвырнули через 2 ряда кресел, Инспекторшу по делам несовершеннолетних затоптали, отдавили руку, вырвали один ноготь. С подратыми лицами более двух десятков, двое с сотрясением мозга. Все остальное мелочи, типа разбитых носов. Пострадавших школьниц нет. Только учительницы и выпускницы. Ну еще физрук получил фингал, когда пытался разнимать.
Я не знаю, как мне убеждать любимую внучу, что это неудачная шутка? Тем более, что мне не удалось ее увидеть вживую. Одна надежда, что где то есть запись.

Оффлайн Mustafa

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1355
  • Пол: Мужской
  • Из СРМ
Re: Байки
« #802 : 15 Марта 2018, 08:39:13 »
Я слышал эту историю в детстве, а для того, чтобы узнать или вспомнить, какое это было время, достаточно представить, что при рождении меня хотели назвать Никитой. Но поскольку папу звали Сергеем, то все мои близкие деревенские родственники, обложенные Хрущевым налогами на яблони, плодовые кусты и всякий скот, от мелкого - до рогатого, всячески этому воспротивились. И бабки нарекли меня Виталием. Дюже ругались, что поповское имя. Потом попривыкли.

Лето 1944 года, Белоруссия. Через спаленное село, наступая на пятки продвигающейся армии, шла батарея МЗА. Батарея серьезная и заслуженная. 37-мм зенитные пушки* держали тогда самый опасный диапазон высот -2,0 - 3,0 км и надежно прикрывали переправы, вокзалы и аэродромы от Фоккеров-190 до Юнкесов-88 . Мессеров, и особенно Лаптежников, в тот год уже почти не осталось.

Короткий привал на развалинах деревни. Слава Богу - колодец цел. Времени - едва набрать фляжки и перемотать портянки. Единственная живая душа щурилась на солнце на останках сгоревшего сруба.

И этой душой был рыжий котенок. Люди или давно погибли, либо ушли в Полесье, от греха подальше.
Пожилой старшина, докуривая цигарку, долго смотрел на котенка, а потом взял его и посадил на облучек. Накормил остатком обеда, нарек кота Рыжиком и объявил его седьмым бойцом расчета. С намеком на будущую славу уничтожителя мышей и прочей непотребности в местах расположения, а особенно - в землянках.

Молодежи лишь бы беззлобно позубоскалить, безусый лейтенант тоже не возражал, так Рыжик и прижился на батарее. К зиме вырос в здорового рыжего котяру со скромным, покладистым и честным белорусским характером, чем и расположил себе всех бойцов.

Во время налетов вражеской авиации Рыжик исчезал, неизвестно куда и появлялся на свет только тогда, когда зачехлят пушки. Тогда же за котом и была отмечена особо ценная особенность, за непонимания которой и получил в морду связист полка, попытавшийся пнуть сапогом животное, путавшееся у него под ногами.

А особенность эту заметил наш старшина - за полминуты до налета (и перед тем, как смыться) Рыжик глухо рычал в ту сторону, с которой появятся вражеские самолеты. Все выходило так, что его дом, был по ошибке или целеустремленно разбомблен немецкой авиацией. И звук, несущий смерть, он запомнил навсегда.

Такой слух оценила и вся батарея. Результативность отбоя редеющих атак противника выросла на порядок, ровно, как и репутация Рыжика. Во время войны никому не приходило в голову послать в действующую часть инспектора по чистоте подворотничков и зелёности травы, по этой причине Рыжик и дожил до апреля 45 года, до своего звездного часа.

В конце апреля батарея отдыхала. Было это толи в Восточной Пруссии или Германии, я не помню, да это и не важно. Война отгремела и шла к концу. За последними фрицами в воздухе шла настоящая охота, поэтому, батарея МЗА ПВО просто наслаждалась весенним солнышком и Рыжик откровенно жал на массу на свежем воздухе, исключая законное время приема пищи.
Но вот, айн секунд, и Рыжик просыпается, даёт шерсть дыбом, требует внимания и недобро рычит строго на восток. Невероятная ситуация ведь на Востоке Москва и прочий тыл, но народ служивый и доверяет инстинкту самосохранения . 37-миллиметровку можно привести в боевое положение из походного за 25-30 сек. А в данном статичном случае - за 5-6 секунд.
Тишина, стволы, на всякий случай наведены на восток. Ждем.

С дымным шлейфом появляется наш ястребок. За ним висит, на минимальной дистанции - FW-190. Батарея вклинилась двойной очередью и Фокер, без лишних телодвижений воткнулся в землю за 500 -700 м от наших позиций.

Ястребок на развороте качнул с крыла на крыло и ушел на посадку, благо, здесь все базы рядом - 10-15 км.

А на следующий день мы встретили товарищей. Пришла машина полная гостей и привезла летчика - грудь в орденах, растерянный вид и чемодан с подарками. На лице написано - кому сказать спасибо? Говорит - как вы догадались (долбанные ПВОшники), что мне нужна помощь, да так оперативно? Да, чтоб так точно в цель. Я вот вам, в благодарность, портсигар привез, сало и подарки.

Мы киваем на Рыжика - ему скажи спасибо! Летчик недоумевает, думает, что его разыгрывают. И старшина рассказывает длинную версию истории, вы её уже прочитали.

К его чести, на следующий день лётчик вернулся с двумя кг свежей печенки для Рыжика. И уже не шутил, угощая кота, поверил и благодарил. Судьба штука тонкая.

Демобилизовавшись, старшина забрал Рыжика с собой. А это значит, что в Белоруссии и сейчас бегают разноцветные потомки УКВ радаров. Это была родина старшины.
П.С.
По правде говоря я не верю, что лётчик привез только 2 кг говяжьей печенки. Дед мой, Максим Викторович, воевал стрелком на ИЛ-2. Говорил, что кроме печенки должны были привести спирта литра три-четыре минимум.

Оффлайн Mustafa

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1355
  • Пол: Мужской
  • Из СРМ
Re: Байки
« #803 : 28 Марта 2018, 14:54:25 »
Почему вахтенные у трапа стоят со штык-ножами.

Корабли, стоящие у причала, обязаны иметь вахтенный пост у трапа, состоящий из командира вахтенного поста (младшего офицера) и вахтенного у трапа (старшину или матроса срочной службы). До 1984 года на кораблях нашей эскадры и командир вахтенного поста, и вахтенный у трапа вооружались пистолетами Макарова. После события, о котором я хочу рассказать, вахтенный у трапа вооружался только штык-ножом.

Так вот, Североморск, зима, время около двух часов ночи. На одном из кораблей из «бригады погибших адмиралов» (большие противолодочные корабли «Исаченков», «Исаков», «Макаров», «Юмашев» и т.д.) на вахте у трапа один из командиров групп – командир вахтенного поста у трапа лейтенант Иванов и вахтенный у трапа старшина 2-й статьи Петров. Оба в тулупах, валенках, у каждого на ремне кобура с пистолетом. Мороз градусов 15. Но, как известно, Кольский залив не замерзает при таком небольшом морозце. Тишина, полный штиль, парение над водой. Офицер начинает засыпать стоя и для удобства опирается на поручень трапа в районе фалрепа. Старшина заметил неловкую позу офицера и хотел было предупредить об опасности такого маневра, но не успел. Офицер полетел в воду с высоты пяти метров. Тулуп намокает не сразу, поэтому Иванов всплывает.

– Что делать? – орет старшина вниз в темноту.

– Стреляй! – раздается из воды голос командира вахтенного поста у трапа.

Старшина, недолго думая, достает «макаров» и стреляет в черноту воды между бортом и причалом.

– Да не в меня, в воздух стреляй, лопата!

На выстрел с соседнего борта, стоявшего через причал, прибегают старший лейтенант и матрос, несшие вахту у своего трапа. Тонущему бросают провод полевого телефона, который он успешно намотал на рукав, поэтому вполне сносно держался на плаву. Прибежал дежурный по кораблю, рассыльный и еще несколько любопытствующих бездельников. Так как полевым проводом купальщика никак было не вытащить, решили буксировать его вокруг корабля в нос, на осушку. Что и было проделано за несколько минут с учетом опыта бурлаков на Волге. Когда бедолага оказался на причале, он первым делом снял тулуп, валенки и легкой трусцой побежал на борт, к трапу. У трапа его ждал старшина 2-й статьи Петров, с которого уже сняли снаряжение, заодно и отобрав пистолет.

Первым делом Иванов залепил громкую оплеуху Петрову, добавив при этом, что, мол, хорошо еще, что тот стрелять не умеет, сопроводив свои действия трехэтажными эпитетами. Легкий переполох рассосался довольно быстро. Телефонную связь с причалом восстановили, доложили о происшествии всем кому положено, у вахтенных у трапов позабирали пистолеты, выдали им штык-ножи от автоматов Калашникова.

На следующий день все получили по заслугам. В приказе по эскадре была отмечена, как ни странно, решительность старшины 2-й статьи Петрова при спасении упавшего за борт разгильдяя лейтенанта Иванова.

Сергей Витальевич Черных – капитан 3 ранга запаса.

Оффлайн Mustafa

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1355
  • Пол: Мужской
  • Из СРМ
Re: Байки
« #804 : 28 Марта 2018, 15:06:52 »
На кораблях всегда была уйма тараканов. Тепло, много еды и воды, есть где зашхериться – что ещё этим насекомым нужно? Тараканов было настолько много, что, когда заходишь в каюту и включаешь свет, слышен громкий шорох от разбегающихся тараканьих лап. Моряки с тараканами не особо враждовали и относились к ним, скорее, как к домашним животным. Вреда-то от них никакого, это ж не комары и не мухи.
Однажды замполит малого противолодочного корабля Северного флота отбыл в заслуженный отпуск и непредусмотрительно оставил на столе баллончик с красной нитрокраской. После ужина его сосед по каюте, штурман, лежал на койке и смотрел в пространство. По переборкам, подволоку, столу и всем остальным поверхностям, как обычно, шлялись тараканы. Штурман долго смотрел на тараканов, на забытый баллончик с краской и тут ему пришла в голову идея, как скрасить серую флотскую жизнь. Из пустой коробки была изготовлена ловушка, несколько десятков тараканов были словлены, покрашены в красный цвет и выпущены на волю. Ещё пару заходов – и практически все тараканы в каюте приобрели нетипичную для них ярко-красную масть. Закончив дело, штурман привел в каюту своего кореша – минера. Огненный окрас разбегающихся насекомых очаровал сурового минера, и он с криком «У меня они будут синими!» умчался в свою каюту. Следующие пару недель жизнь на корабле напоминала день открытых дверей в дурдоме. В каждом жилом помещении, на каждом боевом посту стояли тараканьи ловушки, тараканы отлавливались и окрашивались в геральдические цвета своего сюзерена. Моноцвета быстро закончились. Но тут кто-то из таракановладельцев вспомнил, что болеет за «Спартак» и его отряд приобрел красно-белые цвета любимой команды. После этого сразу же появились «зенитовцы», «локомотивцы» и т.д. Возникли и другие, неспортивные сообщества. Например, тараканы, покрашенные под пчел, с черно-желтыми полосками. Или «жевто-блакитные» тараканы-хохлы. Тараканы-крестоносцы, и так далее. Армии росли, накал страстей увеличивался. Инициативная группа разработала правила взаимодействия между боссами тараканьих группировок. Было строго запрещено перекрашивать чужих тараканов. Но их можно было или уничтожать, или брать в плен (но только на своей территории!). Пленение особо поощрялось. По количеству плененных бойцов хозяину каюты давались очки, от которых поднимался его рейтинг. На корабельном стенде был вывешена таблица соревнования. Инициативная группа ежедневно считала количество пленных и награждала передовиков сгущенкой. На тараканов началась настоящая охота – и на чужих, и на бесхозных. В каютах возникли концлагеря для пленных. Если требовались деньги, группу тараканов (пленных или даже своих) можно было выгодно продать желающему. Это был уже перебор. Тараканья эпидемия не обошла стороной даже командира корабля. Неизвестно, сколько ещё бы продолжалась эта безумная вакханалия, но однажды на корабль зашел командир бригады. Попивая чаёк в кают-компании, он увидел напоминающую веселый детский мультик группу разномастных тараканов. У капраза случился шок. Вестовой кают-компании был строго допрошен, экипаж построен по большому сбору и комбриг произнес эмоциональную речь, полную красочных эпитетов и метафор, смысл которой сводился к следующему: «Родина вам доверила защищать себя, а вы тут всякой херней маетсь!». Кораблю был объявлен орпериод на неделю, в течение которого была подтянута дисциплина, вылизаны до блеска все помещения и истреблены все тараканы. Благо, это было уже достаточно несложно сделать, по причине их хорошей заметности на фоне тусклых корабельных переборок, а также выросшего охотничьего опыта всех членов экипажа.


Оффлайн Mustafa

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1355
  • Пол: Мужской
  • Из СРМ
Re: Байки
« #805 : 29 Марта 2018, 15:37:29 »
В 1942 году шокированные боевым применением легендарных советских "Катюш" БМ-13 германские дипломаты направили Советскому Союзу ноту протеста. Ответ товарища Сталина на эту ноту помнят и до сих пор.
В ноте немцы указывали, что якобы в нарушение всех международных договоров Советский Союз использует термитные боеприпасы. Если Сталин немедленно не прекратит бить по немецким войскам из своих реактивных минометов - Гитлер угрожал начать активное применение химического оружия по советским войскам.
Действительно, после массированных залпов дивизионов Катюш горела не только немецкая техника, но и земля под ногами. В воспоминаниях немецких солдат, видевших как работают советские реактивные установки, навсегда запечатлелся ужас от пережитого. Один отдаленный свист стартующих реактивных снарядов мог привести такого солдата в полную панику.
Производство "Катюш" развернули поздно, первые установки ушли на полигон буквально за несколько дней до начала войны. Осваивать серийный выпуск пришлось буквально днями и ночами, времени на раскачку не было.
Осложняла работу и обстановка строжайшей секретности. Враг не должен был узнать об уникальной советской разработке. Первые боевые машины были произведены на Воронежском заводе имени Коминтерна. Причем до самого момента финальной сборки рабочие не знали, что за агрегат они собирают.
Из конструкторского бюро были присланы рабочие чертежи, выделено на заводе особое закрытое помещение для работы местных конструкторов и технологов. Всё делалось под видом "надоедливых московских ревизоров".
В кратчайшие сроки был решен целый ряд довольно сложных технических проблем. Под длинные, пятиметровые направляющие для ракет пришлось даже переделывать стандартные станки, удлинять рабочие сборочные столы, изобретать особые резцы "блюдца".
С этим был связан и курьезный случай на финальной сборке. Конструктор из ведущего КБ придирчиво со штангенциркулем осматривал в цеху собранную машину. Его внимание привлекло сокращенное расстояние между осями пусковых направляющих ракет. Поднялся скандал.
Вызвали местного главного конструктора - распоряжение уплотнить пакет направляющих дал именно он. На угрозы и истерику московского коллеги конструктор ответил просто - машина не проходила в ворота цеха, было решено сделать пакет более узким за счет незначительного уменьшения интервалов между балками.
О том, что по этим направляющим пойдут реактивные снаряды, которые могут цепляться при пуске стабилизаторами, наш конструктор даже не знал. Для воронежских специалистов это был не реактивный миномет, а "изделие М". Пришлось московскому начальнику успокоиться - сами переборщили с секретностью.
Первые машины из Воронежа были направлены на столичный полигон и блестяще прошли войсковые испытания. Шли своим ходом, в брезентовых чехлах, под видом обычной сельхозтехники. Секретное оружие сопровождала рота охраны с автоматами. Водителям были даны строгие инструкции - заправляться только в чистом, хорошо просматриваемом поле, только из возимых с собой канистр. Никаких заправок.
Кроме этого запрещалось останавливаться на красный свет, какой бы поток машин ни шел наперерез. Это тоже сыграло злую шутку с колонной техники. Из соображений секретности водители не знали конечный пункт своего следования, ехали за ведущей машиной. На одном из оживленных московских перекрестков одну машину на красном сигнале отсекло потоком городского транспорта. Водитель замешкался и потерял своих.
Когда пропажу одной из установок обнаружили - командир колонны схватился за голову. Три часа колесили по столице с валидолом за щекой. В отчаянии решили ехать к коменданту города. К счастью, потерявшийся водитель в отнюдь не лучшем состоянии ждал своих в комендатуре.
Первое же боевое применение легендарных "Катюш" под Оршей по железнодорожной станции с немецкими топливными цистернами привело фашистов в ужас. Батарея капитана Флерова практически не оставила от станции камня на камне.
Дело было вовсе не в запрещенных термитных патронах. Советским конструкторам удалось разработать уникальную схему воспламенения снаряда одновременно с двух сторон. В итоге радикально повышалась скорость горения взрывчатой смеси, давление и мощность взрыва.
Когда на небольшом участке практически одновременно взрывался десяток реактивных снарядов - создавалась могучая кумулятивная волна, которая не щадила ничего живого. Все пылало и без всяких термитов.
В ответной ноте советского правительства, подписанной товарищем Сталиным, было сказано:
- Советское военное командование не использует запрещенные типы артиллерийских систем. Равно как и другое запрещенное международными соглашениями оружие. И без этого наша Рабоче-крестьянская Красная Армия будет нещадно бить врага огнем, штыком и прикладом. Кто бы этот враг ни был и откуда бы он ни вторгся в границы нашей страны.
Заканчивалась ответная советская нота словами
- Если германские военные конструкторы не способны создать оружие, подобное советским разработкам, Советский Союз может направить в Германию своих конструкторов в качестве технической помощи. После окончательной и безусловной капитуляции Германии. По нашему мнению, такая капитуляция - неизбежна!
Если вспомнить, что на дворе был 1941 год и полные надежд на победу германские орды продолжали свое наступление на мирные советские города и деревни... То становится понятной реакция фюрера на полученную ноту. Один из адъютантов после войны вспомнит как Гитлер в ярости разорвал советский ответ и с руганью принялся топтать его ногами.
Впрочем, германцам это не помогло. Товарищ Сталин был прав - капитуляция Германии была неизбежна.

Оффлайн Mustafa

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1355
  • Пол: Мужской
  • Из СРМ
Re: Байки
« #806 : 08 Апреля 2018, 18:05:28 »
Речь о тех временах, когда русскоговорящих интервьюеров в израильских военкоматах еще не было, а русские призывники уже были. Из-за того, что они в большинстве своем плохо владели ивритом, девочки-интервьюеры часто посылали их на проверку к так называемым "офицерам душевного здоровья" (по специальности - психологам или социальным работникам), чтобы те на всякий случай проверяли, все ли в порядке у неразговорчивого призывника. Кстати, офицер душевного здоровья - "кцин бриют нефеш" - сокращенно на иврите называется "кабан". Хотя к его профессиональным качествам это, конечно же, отношения не имеет.

Офицер душевного здоровья в военкомате обычно проводит стандартные тесты - "нарисуй человека, нарисуй дерево, нарисуй дом". По этим тестам можно с легкостью исследовать внутренний мир будущего военнослужащего. В них ведь что хорошо - они универсальные и не зависят от знания языка. Уж дом-то все способны нарисовать. И вот к одному офицеру прислали очередного русского мальчика, плохо говорящего на иврите. Офицер душевного здоровья поздоровался с ним, придвинул лист бумаги и попросил нарисовать дерево.

Русский мальчик плохо рисовал, зато был начитанным. Он решил скомпенсировать недостаток художественных способностей количеством деталей. Поэтому изобразил дуб, на дубе - цепь, а на цепи - кота. Понятно, да?

Офицер душевного здоровья придвинул лист к себе. На листе была изображена козявка, не очень ловко повесившаяся на ветке. В качестве веревки козявка использовала цепочку.

- Это что? - ласково спросил кабан.

Русский мальчик напрягся и стал переводить. Кот на иврите - "хатуль". "Ученый" - мад'ан, с русским акцентом - "мадан". Мальчик не знал, что в данном случае слово "ученый" звучало бы иначе - кот не является служащим академии наук, а просто много знает, то есть слово нужно другое. Но другое не получилось. Мальчик почесал в затылке и ответил на вопрос офицера:

- Хатуль мадан.

Офицер был израильтянином. Поэтому приведенное словосочетание значило для него что-то вроде "кот, занимающийся научной деятельностью". Хатуль мадан. Почему козявка, повесившаяся на дереве, занимается научной деятельностью, и в чем заключается эта научная деятельность, офицер понять не мог.

- А что он делает? - напряженно спросил офицер.

(Изображение самоубийства в проективном тесте вообще очень плохой признак).

- А это смотря когда, - обрадовался мальчик возможности блеснуть интеллектом. - Вот если идет вот сюда (от козявки в правую сторону возникла стрелочка), то поет песни. А если сюда (стрелочка последовала налево), то рассказывает сказки.

- Кому? - прослезился кабан.

Мальчик постарался и вспомнил:

- Сам себе.

На сказках, которые рассказывает сама себе повешенная козявка, офицер душевного здоровья почувствовал себя нездоровым. Он назначил с мальчиком еще одно интервью и отпустил его домой. Картинка с дубом осталась на столе.

Когда мальчик ушел, кабан позвал к себе секретаршу - ему хотелось свежего взгляда на ситуацию.

Секретарша офицера душевного здоровья была умная адекватная девочка. Но она тоже недавно приехала из России.

Босс показал ей картинку. Девочка увидела на картинке дерево с резными листьями и животное типа кошка, идущее по цепи.

- Как ты думаешь, это что? - спросил офицер.

- Хатуль мадан, - ответила секретарша.

Спешно выставив девочку и выпив холодной воды, кабан позвонил на соседний этаж, где работала его молодая коллега. Попросил спуститься проконсультировать сложный случай.

- Вот, - вздохнул усталый профессионал. - Я тебя давно знаю, ты нормальный человек. Объясни мне пожалуйста, что здесь изображено?

Проблема в том, что коллега тоже была из России...

Но тут уже кабан решил не отступать.

- Почему? - тихо, но страстно спросил он свою коллегу. - ПОЧЕМУ вот это - хатуль мадан?

- Так это же очевидно! - коллега ткнула пальцем в рисунок.- Видишь эти стрелочки? Они означают, что, когда хатуль идет направо, он поет. А когда налево...

Не могу сказать, сошел ли с ума армейский психолог и какой диагноз поставили мальчику. Но сегодня уже почти все офицеры душевного здоровья знают: если призывник на тесте рисует дубы с животными на цепочках, значит, он из России. Там, говорят, все образованные. Даже кошки.

Оффлайн Mustafa

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1355
  • Пол: Мужской
  • Из СРМ
Re: Байки
« #807 : 03 Мая 2018, 07:32:26 »
Буровая в Африке. Бурильщик стоит на тормозе бурит. А рядом на ветке сидит обезьяна и постоянно за ним наблюдает. Как-то раз бурильщик отошел поссать, возвращается, а обезьяна уже вместо него на тормозе стоит и бурит. И так каждый раз. Стоило бурильщику отойти, как обезьяна на его место вставала и бурить начинала. Начальник посмотрел на это дело и уволил бурильщика.

Через полгода звонят бурильщику с буровой и говорят:

- Иваныч, приходи к нам обратно, нам бурильщик нужен.

- Так у вас же обезьяна есть.

- Обезьяна уже мастером стала, и нам опять бурильщик нужен.

Оффлайн Mustafa

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1355
  • Пол: Мужской
  • Из СРМ
Re: Байки
« #808 : 17 Мая 2018, 08:34:28 »
Мы жили в одной комнате коммуналки на углу Комсомольской и Чкалова. На втором этаже, прямо над садиком "Юный космонавт". В сталинках была хорошая звукоизоляция, но днем было тихонько слышно блямканье расстроенного садиковского пианино и хоровое юнокосмонавтское колоратурное меццо-сопрано.
Когда мне стукнуло три, я пошел в этот же садик. Для этого не надо было даже выходить из парадной. Мы с бабушкой спускались на один этаж, она стучала в дверь кухни - и я нырял в густое благоухание творожной запеканки, пригорелой кашки-малашки и других шедевров детсадовской кулинарии.
Вращение в этих высоких сферах потребовало, чтобы во мне все было прекрасно, - как завещал Чехов, - и меня впервые в жизни повели в парикмахерскую.
Вот тут-то, в маленькой парикмахерской на Чкалова и Советской Армии, я и познакомился со Степаном Израйлевичем.
Точнее, это он познакомился со мной.
В зале было три парикмахера. Все были заняты, и еще пара человек ждали своей очереди.
Я никогда еще не стригся, был совершенно уверен, что как минимум с меня снимут скальп, поэтому ревел, а бабушка пыталась меня взять на слабо, сочиняя совершенно неправдоподобные истории о моем бесстрашии в былые времена:
- А вот когда ты был маленьким...
Степан Израйлевич - высокий, тощий старик - отпустил клиента, подошел ко мне, взял обеими руками за голову и начал задумчиво вертеть ее в разные стороны, что-то бормоча про себя. Потом он удовлетворенно хмыкнул и сказал:
- Я этому молодому человеку буду делать голову!
От удивления я заткнулся и дал усадить себя в кресло.
Кто-то из ожидающих начал возмущаться, что пришел раньше.
Степан Израйлевич небрежно отмахнулся:
- Ой, я вас умоляю! Или вы пришли лично ко мне? Или я вас звал? Вы меня видели, чтобы я бегал по всей Молдаванке или с откуда вы там себя взяли, и зазывал вас к себе в кресло?
Опешившего скандалиста обслужил какой-то другой парикмахер. Степан Израйлевич не принимал очередь. Он выбирал клиентов сам. Он не стриг. Он - делал голову.
- Идите сюда, я буду делать вам голову. Идите сюда, я вам говорю. Или вы хочете ходить с несделанной головой?!
- А вам я голову делать не буду. Я не вижу, чтобы у вас была голова. Раечка! Раечка! Этот к тебе: ему просто постричься.
Степан Израйлевич подолгу клацал ножницами в воздухе, елозил расческой, срезал по пять микрон - и говорил, говорил не переставая.
Все детство я проходил к нему.
Стриг он меня точно так же, как все другие парикмахеры стригли почти всех одесских мальчишек: "под канадку".
Но он был не "другой парикмахер", а Степан Израйлевич. Он колдовал. Он священнодействовал. Он делал мне голову.
- Или вы хочете так и ходить с несделанной головой? - спрашивал он с ужасом, случайно встретив меня на улице. И по его лицу было видно, что он и представить не может такой запредельный кошмар.
Ежеминутно со смешным присвистом продувал металлическую расческу - будто играл на губной гармошке. Звонко клацал ножницами, потом брякал ими об стол и хватал бритву - подбрить виски и шею.
У Степана Израйлевича была дочка Сонечка, примерно моя ровесница, которую он любил без памяти, всеми потрохами. И сколько раз меня ни стриг - рассказывал о ней без умолка, взахлеб, брызгая слюной от волнения, от желания выговориться до дна, без остатка.
И сколько у нее конопушек: ее даже показывали врачу. И как она удивительно смеется, закидывая голову. И как она немного шепелявит, потому что сломала зуб, когда каталась во дворе на велике. И как здорово она поет. И какие замечательные у нее глаза. И какой замечательный у нее нос. И какие замечательные у нее волосы (а я таки немножко разбираюсь в волосах, молодой человек!).
А еще - какой у Сонечки характер.
Степан Израйлевич восхищался ей не зря. Она и правда была очень необычной девочкой, судя по его рассказам. Доброй, веселой, умной, честной, отважной. А главное - она имела талант постоянно влипать в самые невероятные истории. В истории, которые моментально превращались в анекдоты и пересказывались потом годами всей Одессой.
Это она на хвастливый вопрос соседки, как сонечкиной маме нравятся длиннющие холеные соседкины ногти, закричала, опередив маму: "Еще как нравятся! Наверно, по деревьям лазить хорошо!".
Это она в трамвае на вопрос какой-то тетки с детским горшком в руках: "Девочка, ты тут не сходишь?" ответила: "Нет, я до дома потерплю", а на просьбу: "Передай на билет кондуктору" - удивилась: "Так он же бесплатно ездит!".
Это она на вопрос учительницы: "Как звали няню Пушкина?" ответила: "Голубка Дряхлая Моя".
Сонины остроты и приключения расходились так стремительно, что я даже частенько сначала узнавал про них в виде анекдота от друзей, а потом уже от парикмахера.
Я так и не познакомился с Соней, но обязательно узнал бы ее, встреть на улице - до того смачными и точными были рассказы мастера.
Потом детство кончилось, я вырос, сходил в армию, мы переехали, я учился, работал, завертелся, растерял многих старых знакомых - и Степана Израйлевича тоже.
А лет через десять вдруг встретил снова. Он был уже совсем дряхлым стариком, за восемьдесят. По-прежнему работал. Только в другой парикмахерской - на Тираспольской площади, прямо над "Золотым теленком".
Как ни странно, он отлично помнил меня.
Я снова стал заходить к старику. Он так же торжественно и колдунски "делал мне голову". Потом мы спускались в "Золотой теленок" и он разрешал угостить себя коньячком.
И пока он меня стриг, и пока мы с ним выпивали - болтал без умолку, брызгая слюнями. О Злате - родившейся у Сонечки дочке.
Степан Израйлевич ее просто боготворил. Он называл ее золотком и золотинкой. Он блаженно закатывал глаза. Хлопал себя по ляжкам. А иногда даже начинал раскачиваться, как на еврейской молитве.
Потом мы расходились. На прощанье Степан Израйлевич обязательно предупреждал, чтобы я не забыл приехать снова:
- Подумайте себе, или вы хочете ходить с несделанной головой?!
Больше всего Злата, по словам Степана Израйлевича, любила ириски. Но был самый разгар проклятых девяностых, в магазинах было шаром покати, почему-то начисто пропали и они.
Совершенно случайно я увидел ириски в Ужгороде - и торжественно вручил их Степану Израйлевичу, сидя с уже сделанной головой в "Золотом теленке".
- Для вашей Златы. Ее любимые.
Отреагировал он совершенно дико. Вцепился в кулек с конфетами, прижал его к себе и вдруг заплакал. По-настоящему заплакал. Прозрачными стариковскими слезами.
- Злата… золотинка…
И убежал - даже не попрощавшись.
А вечером позвонил мне из автомата (у него давно был мой телефон), и долго извинялся, благодарил и восхищенно рассказывал, как обрадовалась Злата этому немудрящему гостинцу.
Когда я в следующий раз пришел делать голову, девочки-парикмахерши сказали, что Степан Израйлевич пару дней назад умер.
Долго вызванивали заведующего. Наконец, он продиктовал домашний адрес старого мастера, и я поехал туда.
Жил он на Мельницах, где-то около Парашютной. Нашел я в полуразвалившемся дворе только в хлам нажравшегося дворника.
Выяснилось, что на поминки я опоздал: они были вчера. Родственники Степана Израйлевича не объявлялись (я подумал, что с Соней и Златой тоже могло случиться что-то плохое, надо скорей их найти).
Соседи затеяли поминки в почему-то не опечатанной комнате парикмахера. Помянули. Передрались. Танцевали под "Маяк". Снова передрались. И растащили весь небогатый скарб старика.
Дворник успел от греха припрятать у себя хотя бы портфель, набитый документами и письмами.
Я дал ему на бутылку, портфель отобрал и привез домой: наверняка, в нем окажется адрес Сони.
Там оказались адреса всех.
Отец Степана Израйлевича прошел всю войну, но был убит нацистом в самом начале 1946 года на Западной Украине при зачистке бандеровской погани, которая расползлась по схронам после нашей победы над их немецкими хозяевами.
Мать была расстреляна в оккупированной Одессе румынами, еще за пять лет до гибели отца: в октябре 1941 года. Вместе с ней были убиты двое из троих ее детей: София (Сонечка) и Голда (Злата).
Никаких других родственников у Степана Израйлевича нет и не было.
Я долго смотрел на выцветшие справки и выписки. Потом налил до краев стакан. Выпил. Посидел с закрытыми глазами, чувствуя, как паленая водка продирает себе путь.
И только сейчас осознал: умер единственный человек, кто умел делать голову.
В последний раз он со смешным присвистом продул расческу. Брякнул на стол ножницы. И ушел домой, прихватив с собой большой шмат Одессы. Ушел к своим сестрам: озорной конопатой Сонечке и трогательной стеснительной Злате-Золотинке.
А мы, - все, кто пока остался тут, - так и будем теперь до конца жизни ходить с несделанной головой.
Или мы этого хочем?


Оффлайн Mustafa

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1355
  • Пол: Мужской
  • Из СРМ
Re: Байки
« #809 : 19 Мая 2018, 07:57:13 »
Увидел в телепрограмме анонс фильма про военных подводников и вспомнился старый знакомый моего отца Сергей Васильевич, капитан первого ранга, командовавший в Великую Отечественную подлодкой типа "С" на Черном море. Когда-то давно, при Советской власти, у него даже книга об этом вышла, но в нее не вошел эпизод, рассказанный как-то капитаном за столом в очередной День Победы. Вообще в войну было много неоднозначных случаев, которые вышестоящее командование могло оценить высокой боевой наградой, а могло - трибуналом, иногда просто в зависимости от своего настроения. Этот эпизод как раз такого рода.

В первые месяцы войны "эска" занималась своим обычным делом - рыскала по морю в поисках транспортов противника и пыталась их топить. Изредка атаковала вражеские корабли непосредственно в портах. Однако, когда немцам удалось после сухопутного наступления блокировать Севастополь, основной задачей для черноморских подлодок стал подвоз боеприпасов и продовольствия в осажденный город. Водоизмещение субмарин было небольшим и, чтобы побольше увезти груза и облегчить их вес, с лодок снимали все вооружение и сводили экипаж к минимуму. Из Севастополя же вывозили раненых и гражданских.

Немцы, конечно, пронюхали об этих рейдах, и вскоре их минные заградители в сопровождении сторожевых кораблей стали активно минировать вход в

Севастопольскую бухту, чем сильно досаждали нашим подводникам. С той поры минные заградители являлись их главными врагами.

И вот в очередной раз подлодка Сергея Васильевича с большими приключениями прорвалась сквозь минные ловушки и разгрузилась на севастопольском причале. Однако в обратный путь ее загружать людьми не стали - приказали быстро возвращаться на базу и подвезти очередную партию боеприпасов. Возвращаясь, "эска" вновь с превеликим трудом проскочила сквозь минные заграждения, и тут же экипаж обнаружил вражеский корабль, который спокойненько, без охраны сторожевиков, расставлял мины у входа в бухту. А бояться немцам особо и нечего было - их давно никто не атаковал: ни с воздуха, ни с моря.
Эта картина буквально взбесила Сергея Васильевича, но сделать он ничего не мог - с лодки было снято всякое вооружение. "Попугать, что ли, этих гадов", - пришло ему в голову.

То, что он задумал, начальство могло капитану не простить - осажденный город ждал боеприпасов, а тут какая ни на есть, но потеря времени, к тому же подлодка себя обнаруживала и могла быть атакована после того, как немецкий корабль позовет на помощь авиацию или быстроходный крейсер с глубинными бомбами. Но ненависть не только к врагу вообще, а именно к минным заградителям затмила доводы рассудка, к тому же пассажиров на борту не имелось и в случае чего моряки рисковали только собственными жизнями...

Капитан приказал подняться на поверхность, причем так, чтобы был виден не только перископ, но и рубка. После чего субмарина произвела фальш-атаку - маневр, имитирующий торпедное нападение.

Журналисты любят такой газетный штамп - "эффект разорвавшейся бомбы". Но тут он очень точно отражает впечатление, которое произвела на немцев эта фальш-атака. Они уже забыли, когда на них нападала субмарина (а может, такого с ними вообще никогда не случалось), и на заградителе началась настоящая паника - только этим можно объяснить последующие действия немецкого экипажа. Фрицы как раз спускали на воду очередную мину и в результате своего крайне нервного маневра на нее же и налетели. Через несколько минут все было кончено - вражеский корабль ушел на дно, даже не успев спустить на воду спасательные шлюпки.

"Эска" благополучно вернулась на базу и Сергей Васильевич, как и положено, сообщил о гибели немецкого заградителя на собственной мине. Но о том, что этому предшествовало, умолчал. От греха подальше.

Оффлайн Mustafa

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1355
  • Пол: Мужской
  • Из СРМ
Re: Байки
« #810 : 11 Июня 2018, 19:52:40 »
Суровые советские годы, привезли большую пивную бочку. К продавцу обращается мужик:
— Почём будет вся бочка?
— 120 рублей.
— Держи деньги!
Продавец довольный, идёт отдыхать, а мужик вешает большой плакат: «Бесплатное пиво». Поначалу народ дивился такому заманчивому предложению. Постепенно выстроилась бескрайняя очередь. Толпа начала бесноваться, кто-то полез драться, начался настоящий беспредел. В итоге приехала милиция. Толпа быстро рассосалась, а мужика, который пиво бесплатно раздавал, прихватили с собой. И вот идёт жёсткий допрос:
— Ты зачем драку спровоцировал?
— Да я ж не хотел!
— У тебя есть разрешение на торговлю?
— Так я ж не продавал, а угощал!
— Ты что, своровал эту бочку?!
— Нет, вы что?! На свои приобрёл!
— Ты больной?
— Здоровый, даже справка имеется!
— Слушай, расскажи, зачем ты бесплатным пивом людей угощал?
— Что тут сказать, я уже не так молод. Понимаю, что коммунизма мне уже не видать. Уж очень интересно было, как оно будет — при коммунизме-то…

_________________

Оффлайн Mustafa

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1355
  • Пол: Мужской
  • Из СРМ
Re: Байки
« #811 : 11 Июля 2018, 17:11:39 »
 История произошла с молодым человеком, работавшим корреспондентом одной не самой популярной московской газеты, назовем его просто Корреспондент. Отправила как-то его редакция в Сибирь, в глухомань, в командировку "по письму читателя". Место было такое, что, как говориться, только самолетом можно долететь. И только от Новосибирска. Сделав все свои командировочные дела возвращается наш Корреспондент в местный аэропорт чтобы лететь в Новосибирск.

Про аэтопорт нужно сказать особо. Представьте себе сарай на краю поляны, возле которого развевается на ветру полосатый "сачок", а неподалеку стоит одинокий потрепаный кукурузник - вот такой был аэтопорт. Побродив по полю, обойдя вокруг сиротливо стоящего пустого кукурузника, Корреспондент зашел в сарай с целью выяснить, когда полетит самолет и подобные мелочи (надо сказать, билет у него был на руках, и до означенного в нем времени вылета оставалось всего-ничего).

В сарае обнаружилось некое подобие бара с барменшей за стойкой и одиноким посетителем, небритым субъектом неопределенной наружности. Не найдя никого из служащих аэропорта, Корреспондент с неизбежностью оказался в баре. На удивление там нашлись вполне кондиционные напитки, и после второй Корреспондент уже мило беседовал с небритым субъектом, оказавшимся вполне приличным дядькой. Выпили вместе, потом еще, поговорили о местной жизни. После очередной рюмки новый приятель спрашивает Корреспондента: ".

Ты что ли пассажир то? А то полетели, мне еще обратно надо засветло вернуться...".

Приужахнулся Корреспондент от перспективы лететь с нетрезвым летчиком на видавшем виды самолете, но что делать?

Без проблем погрузились, взлетели, летят. Самолет летит низко, Корреспондент пристроился к иллюминатору, любуется красотой пейзажа.

Так проходит около получаса. Летчик поворачивается к Корреспонденту и весело ему что-то кричит. За ужасающим шумом мотора слов не разобрать, но Корреспонденту кажется, что летчик хочет обратить его внимание на местные красоты.

"Да, да,- отвечает Корреспондент, - очень красиво!".

Летчик снова что-то кричит.

"Просто великолепно!" - отвечает Корреспондент.

В этот момент неожиданно наступает полная тишина. До Корреспондента доходит, что остановился двигатель, и сейчас они рухнут с трехсотметровой высоты на землю.

"Так вот - думает Корреспондент - что хотел мне сказать летчик, что мотор барахлит!".

Раздается голос летчика:

"Спички есть? У меня кончились...".

"Конечно, - думает Корреспондент, судорожно добывая из кармана коробок, - перед смертью пару затяжек не повредит...".

Протягивает летчику спички, тот прикуривает, отдает спички обратно, поворачивается к панели управления, щелкает тумблером, после чего снова раздается шум работающего двигателя, и самолет как ни в чем не бывало летит дальше.

Корреспондент утверждает, что с тех пор он всегда носит с собой два коробка спичек.

Оффлайн Mustafa

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1355
  • Пол: Мужской
  • Из СРМ
Re: Байки
« #812 : 11 Июля 2018, 17:13:14 »
Выходит лётчик-истребитель на пенсию. Пришёл домой, сообщил жене. А она и говорит - "Вот ты, всю жизнь по гарнизонам, по аэродромам... Ни дома нихрена не делал, да и как мужик филонил. Ты хоть под конец службы покажи чем ты там занимался!" Ну, лётчик к начальству, так, мол, и так, жена просила службу показать. Командир вошёл в положение, показывает на "Сухаря" спарку, там керосина на пару часов, бери, пользуйся! Подарок, типа, к концу службы.

Лётчик жену усадил, пристегнул, всё как положено, ну "откатал" её по полной! И пилотаж, и по маршруту свозил, пару имитаций отказов устроил!.. В общем "оторвался".

Прилетают, он к ней в кабину. Она зелёная вся, одним словом никакая... А он ей помог на землю-матушку спуститься и участливо так спрашивает:

"Ну что, дорогая, потрахаемся или в театр сходим?"

Оффлайн Mustafa

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1355
  • Пол: Мужской
  • Из СРМ
Re: Байки
« #813 : 11 Июля 2018, 20:53:32 »
Самогонщики.

С питиём браги нужно кончать,---мучительно раздумывал командир вертолёта Ми-24, капитан А. Его второго пилота, старшего лейтенанта Л. мучили те же мысли. Да и находился он рядом, в соседней кабинке. Я не оговорился, именно в кабинке, а не в кабине, поскольку дело происходило не на борту боевого вертолёта, а пардон, в военном клозете. Животы у обоих, прихватило основательно. Капитан А., перебирал в уме альтернативные варианты и отметал их один за другим, поскольку:

-покупать водку у представителей транспортной авиации, дорого;

-покупать её родимую в дукане, рискованно;

-перейти на продукцию родной парфюмерной промышленности, уж как-то не по офицерски, хотя и этот вариант, как и предыдущие был опробован.

Странно, но такой вариант, как не пить вообще, обоим даже не приходил в голову.

Слушай, а ты же с Украины?---нарушил молчание капитан А. Вообще, он мог об этом не спрашивать, биографию своего правака он знал досконально.

Ага,--с некоторой натугой в голосе ответил старлей Л.

Не успел он удивится столь очевидному вопросу, как капитан А. задал уже другой вопрос.

И деревенский?

Ага,---старлей Л. не мог понять, к чему клонит командир, почему начал так издалека. Впрочём, капитан А. не стал долго держать его в неведении и продолжил уже утвердительно,---значит твои родители гнали самогонку.

Самогонка! Старлей Л. был поражён, как же эта мысль не пришла в голову ему самому. В памяти начали всплывать картины детства, юности. Вот, он ещё совсем маленький, заговорщицкий и загадочный взгляд отца, а он (малец) всё не может понять, почему в доме пахнет пирогами, а пирогов нет. А здесь он подросток, ему поручено 'важное дело', носить из ближайшего колодца воду для 'процесса'. Он старшеклассник и впервые пробует вместе с одноклассниками этот напиток, причём мерзкого качества, купленный у известной в деревне бабки самогонщицы. Курсантский отпуск, он удивляется, какой неожиданный эффект дали сто грамм для храбрости перед танцами, он так и не решился поцеловать понравившеюся ему девушку, девушка поцеловала его сама. И наконец, он впервые приехал домой лейтенантом, после выпуска, вся семья собралась за столом и отец торжественно наливает ему в рюмку 'домашней', показывая тем самым, что отныне он считает сына взрослым.

Ты чего молчишь то?---вернул его к реальности капитан А.,

Аппарат сделать сможешь?

Ну конечно, о чем вопрос, вот только из чего:---в памяти у старлея, уже всплывали особенности конструкции.

А ты нарисуй схему, а мы потом подумаем, что из чего делать,---предложил капитан.

Поразительно, как продуктивно работает в таких случаях мысль. Боле того, у обоих даже перестали болеть животы, а посему, покончив с физиологическими нуждами, офицеры покинули оное помещение. По пути обсуждая конструкцию будущего изделия, при этом шаря взглядом по сторонам в поисках чего ни будь, что могло быть использовано для этого. В модуле, в своей комнате, они расположились за столом и попивая крепкий чай, принялись рисовать чертёж аппарата. Вернее рисовал старлей Л., а капитан А. больше задавал вопросы по назначению того, или иного узла. За этим занятием их и застал командир звена капитан К. Выслушал пояснения, он одобрил идею и заявил желание присоединиться к проекту. Он, капитан К., отказался от предложенного чая и свою очередь предложил пройти в его комнату. У него оказалось, было в заначке пол литра спирта, который по замыслу конструкторов, должен был использоваться для омывки лобовых стекол вертолёта, но на практике, до вертолёта этот спирт никогда не доходил. А стёкла после полёта и водой прекрасно отмываются.

Капитан К. оказался прав, 'под это дело' думалось лучше. Уже после первой рюмки была высказана реальная мысль, что неплохо бы проверить,--- а что уже есть в наличии?

Оказалось, что не так уж и мало. Был сорока литровый молочный бидон, который уже использовался для брожения браги, тем не менее подходил и для нагрева оной. Ещё был примус, непонятно кем и для чего привезённый в Афганистан и пылившейся на полке без дела. Хорошо хоть не выбросили. Нашлась также электроплитка, причём регулируемая. Оставалось только найти из чего сделать змеевик. Идеально конечно подошёл бы лабораторный дистиллятор, но где его взять в этой средневековой стране. Концессионеры даже на пару минут приуныли. Задача казалась неразрешимой. Однако, вовремя налитая вторая рюмка исправила положение.

Самолёт,---прошептал выпив и закусив капитан А.

Какай самолёт?---не поняли его капитан К. и старлей Л.,---вроде никто не садился. Однако, проследив за устремлённым вдаль взором капитана А., поняли в чём дело. Там, на отшибе аэродрома стоял транспортный Ан-26, которому уже никогда не подняться в небо. Искусный афганский лётчик приложил его при посадке об полосу так, что крылья самолёта стали почти касаться земли, отчего самолёт стал похож на курицу наседку. И несмотря на то, что он там стоял не один год и был уже основательно раскурочен, он продолжал оставаться неисчерпаемым источником всевозможных гаечек, проводков, трубочек и прочих запчастей из разряда именуемых словом фигнюшка.

Да с таким кладезем не то что самогонный аппарат, целую химическую лабораторию построить можно!

Поняв это, концессионеры повеселели, правда сразу к самолёту не отправились, спешка в таком деле вредна. Вначале спокойно и обстоятельно допили спирт, попутно обсуждая технические вопросы и только потом, вооружившись топорами, пилами, и прочим необходимым инструментом, отправились к самолёту.

Спустя пол часа, они уже вновь были в комнате модуля с целым ворохом всевозможных трубок, емкостей, дюритов (армированный резиновый трубопровод, используется в качестве соединений алюминевых трубок топливной системы), хомутиков и прочей всячины. Но поскольку это деятельность троицы не могла ускользнуть от внимания, то в комнате было гораздо больше народу. Проект вовлекал в себя всё больше и больше участников. Основателям только и осталось, что доработать конструкцию под имеющиеся материалы и передать 'чертежи' в умелые руки авиационных техников.

Работа спорилась, инженерно технический состав по ходу выполнения вносил изменения в конструкцию, аппарат рождался и совершенствовался на глазах. Спустя час, аппарат был готов. Он поражал своим совершенством и функциональность, ничего лишнего. Участники проекта, а теперь это уже весь лётный и инженерно технический состав звена любовался творением своих рук. Змеевик, пардон, правильней будет спиртовой пароконденсатор вертикального типа с водяным охлаждением (ну не поворачивается язык называть змеевиком, это творение рук и ума авиационных инженеров), работал по проточному принципу, для чего из умывальника была протянута магистраль холодной воды. Нагретая вода, за ненадобностью по другой магистрали сбрасывалась за окно. Для ёмкости с исходным сырьём, была сооружена оригинальная опора, под которой размещался примус. Кроме того, опора позволяла в случае необходимости, закрепить также электроплитку, для осуществления так сказать бокового нагрева. Емкость для нагрева (она же для брожения) предполагалось соединять с пароконденсатором посредством упомянутых мною термостойких резиновых дюритов.

А тут ещё весьма вовремя вызрела бражка: Раньше мы бы её просто выпили, но теперь:

Акцию назначили на двенадцать ночи. Это были годы борьбы с пьянством. Конспирация у нас была не шуточная. Я не буду рассказывать как прошёл ужин, как мы с нетерпением ждали время 'Ч'. Это не столь интересно. И вот это время 'Ч' наступило. Примус был разожжён и выведен на максимальный режим. Вода подключена и начала циркулировать по открытому контуру. Несмотря на то, что аппарат мог работать автономно, никто не уходил, всё звено было в сборе. При этом стояла полная тишина, никаких обычных при таком скоплении разговоров. Все как завороженные смотрели на срез фланца для выхода продукции, чтобы не пропустить историческое событие первой капли.

Примерно через час стало ясно, мощности примуса не хватает. Оператор по нагреву повернул ручки мощности обоих конфорок электроплитки на максимум.

И: О чудо! Минут через десять заблестела и упала в кружку первая капля, затем вторая, третья. Скорость процесса нарастала и вот уже в кружку бежит тоненькая струйка. Если бы не необходимость конспирации то разразилось троекратное ура. Но глаза у всех были, примерно как на кадрах старой хроники у участников запуска первого спутника.

Но расслабляться не стоило. Главный консультант, старлей Л. дал команду и оператор убрал половину мощности электроплиты и весьма своевременно, сырьё за малым не вскипело.

И вот наконец у наших руках полная пол-литровая кружка. Капитан К. подставил под струю трехлитровую банку, а сам взял кружку, чтобы снять пробу, по старшинству. От волнения у консультанта старлея Л., совсем вылетело из головы то обстоятельство, что продукт в кружке может достигать крепости более семидесяти градусов и соответственно предупредить об этом руководителя проекта и прочих участников. Он как и остальные наблюдал за торжеством первой пробы, и был весьма удивлён, когда капитан К., сделав солидный глоток, молча передал кружку автору идеи капитану А.. Но капитан А. также сделав солидный глоток, также молча передал кружку главному консультанту старлею Л.

Что случилось? Почему они молчали? Где одобрение? Неужели провал? Всё же сделано правильно,---роились мысли в голове у старлея Л., пока он брал кружку и подносил её ко рту. Вот он сам сделал солидный глоток и понял всё. Понял какой тактический просчёт совершён, понял, почему молчали товарищи. Их, как и его, в буквальном смысле как говорят украинцы заципыло. Жидкость в кружке как и следовало ожидать превышала упомянутую крепость, кроме того была тёплой и вдобавок помимо фирменного самогонного духа, впитала в себя все запахи авиационных жидкостей, керосина, гидро-жидкости, масла. Трубки (аппарат) не только нужно было помыть, их необходимо было перед использованием пропарить, в этом и заключался тактический просчёт консультанта. (В последующем было уже всё нормально). Но главная стратегическая цель была достигнута, в кружке была настоящая самогонка, в её высшей фракции первач. Наконец выражение (простите но другого слова для описания этого нет) охуения на лице капитана К. сменилось восторгом, а главное он вновь обрёл способность говорить.

У бля:---(дословно) произнес он и все поняли, это успех. Кружка пошла по кругу, слышались судорожные вздохи, кряканья и тихие восторженные возгласы.

К утру мы стали счастливыми обладателями целого ведра самогона. Пропущенный через картофельную стружку и облагороженный растворимым кофе он приобрёл весьма приличный вкус. Мы его не иначе как коньяком не величали. Жаль только что ведра на двадцать четыре человека всё же мало. Выпили мы всё за один субботний вечер. Но какой был банкет!

Впоследствии технологию производства самогона мы довели до автоматизма. Причём оборзели до того, что делали это днём. Пока не попались. Нашему старшему начальнику, подполковнику Х., татарину по национальности. Тот поступил в соответствии с традициями своего народа. Обложил нас данью, один литр с каждой выгонки. Но это уже другая история.

Оффлайн Mustafa

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1355
  • Пол: Мужской
  • Из СРМ
Re: Байки
« #814 : 24 Июля 2018, 17:31:16 »
Есть у меня знакомый дед. Рассказ он мне на днях, что как-то был в больнице. Там пришлось ждать, присел он в уголочек, начало его в сон клонить, прислонил голову к стене, а из-за стены еле различимые рыдания. Всего он разобрать не смог, но явно убитые горем голоса причитали, что все, это смерть, это могила, с этим долго не прожить.

Дед многое повидал, но от услышанного ему не по себе стало, на душе заскребло, сердце сжалось. Он у врача после приема спрашивает:

- В том кабинете что, смертельные диагнозы сообщают?

Доктор:

- Нет. Это бухгалтерия, там врачам зарплату выдают.

Оффлайн Mustafa

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1355
  • Пол: Мужской
  • Из СРМ
Re: Байки
« #815 : 07 Августа 2018, 12:37:48 »
ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ БРЕЖНЕВА

Я не могу сказать, что у моего отца были странности. Наоборот, он был человеком деловым, практичным, работал главным инженером проекта в большом институте с длинным названием, строил тракторные заводы по всей стране. Тем не менее время от времени он совершал поступки, которые иначе чем странными не назовешь. Зачем он это делал? Не знаю. Пока отец был жив мне не приходило в голову спросить, а теперь поздно. Может быть ему не хватало адреналина. А может быть им двигало любопытство. Похоже он не мог устоять перед искушением закинуть удочку в тихий омут и увидеть что за черта он вытащит на этот раз. Ему, конечно, везло, что черти попадались не очень злобные.

В то спокойное субботнее утро отец оторвал листок календаря и увидел, что сегодня день рождения Брежнева. После завтрака он оделся потеплее


(на дворе стоял декабрь), пошел на почту и отправил по адресу - МОСКВА, КРЕМЛЬ, ГЕНЕРАЛЬНОМУ СЕКРЕТАРЮ ЦК КПСС - телеграмму следующего содержания: "ДОРОГОЙ ЛЕОНИД ИЛЬИЧ ДВТ ПОЗДРАВЛЯЮ ВАС С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ ТЧК ЖЕЛАЮ ЗДОРОВЬЯ И ДАЛЬНЕЙШЕЙ ПЛОДОТВОРНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ НА БЛАГО СОВЕТСКОГО ГОСУДАРСТВА ТЧК" - Подписался полными именем и фамилией, Марк Абрамович Быков, и заполнил адрес отправителя в самом низу бланка.

Телеграмму в конце-концов приняли, правда после того как начальник отделения сверила паспортные данные.

Во вторник отца вызвал парторг института, человек по общему мнению неподлый. Работали они вместе много лет и относились друг к другу хорошо.

- Отправлял телеграмму?

- Отправлял, - подтвердил отец.

- Ты что с Брежневым знаком?

- Естественно нет. Был бы знаком, что бы я здесь делал?

- Ну, как дети малые, - возмутился парторг, - Леонид Ильич человек занятой. Представь, что все отправили бы ему телеграммы. Он что их прочитать сможет?

- Не отправили бы, - возразил отец, - не все относятся к Леониду Ильичу правильно. Некоторые даже анекдоты рассказывают. А остальные пожалели бы два рубля на телеграмму. А я не пожалел.

- Ладно, - не стал спорить парторг, - дело не в этом. Завтра утром поедешь в райком. С тобой будет беседовать инструктор отдела идеологии. Пропуск тебе заказан. - и добавил когда отец был уже в дверях, - Пожалуйста не выноси сор из избы.


Инструктор райкома поначалу показался отцу человеком милым и внимательным. Долго расспрашивал о здоровье, семье, квартирных условиях, отношениях c начальством. Затем перешел к телеграмме и стал редкостным занудой. Раз за разом, немного меняя формулировку вопросов, он пытался выведать каким боком отец знаком с Брежневым. Похоже ему казалось, что отец темнит. А когда разговор зашел в тупик, с той же дотошностью стал вытягивать зачем было посылать телеграмму. Отец настаивал на изначальной версии:

- Увидел в календаре, захотелось поздравить и поздравил. Что здесь непонятного?

- Но с днем рождения обычно поздравляют родственников, друзей, людей близких, - объяснял инструктор свои жизненные понятия.

- А Леонид Ильич и есть близкий человек. Я его вижу чаще чем моих сестер. По телевизору, конечно, но разница небольшая. Когда я вижу сестер, они тоже говорят, а я молчу.

Отцу показалось, что этот ответ очень не понравился. Тем не менее на прощание инструктор предложил воспользоваться райкомовским буфетом и попросил не выносить сор из избы, если дело пойдет наверх.


На работе отец появился уже после обеда с авоськой полной пакетов, которые источали нездешние ароматы. Только уселся за свой стол – сразу зазвонил отдельский телефон. Отец взял трубку и услышал командирский и в то же время елейный голос начальника первого отдела:

- Марк Абрамович, зайди ко мне, тут один человек с тобой поговорить хочет.

Отец зашел. Желающим поговорить оказался майор госбезопасности с незапоминающимися именем и фамилией. Заглядывая в бумажку и делая пометки, он скрупулезно прошелся по отцовской биографии. Потом положил на стол чистый лист.

- Марк Абрамович, пожалуйста напишите когда и при каких обстоятельствах Вы встречались с Брежневым.

- Я уже сегодня в райкоме вспоминал, но так и не вспомнил. Теперь, боюсь, тоже не получится.

- Да Вы не нервничайте, - вполне миролюбиво сказал майор, - когда вспомните, позвоните нам. А если не вспомните, тоже можете позвонить. Услышите, что кто-то порочит Советскую власть или анекдоты нехорошие рассказывает, - и позвоните.

- Ничего из этого не выйдет. Я не справлюсь.

- Как это не справитесь? Столько людей прекрасно справляются, а Вы не справитесь!

- Дело в том, - попытался объяснить отец, - что на трезвую голову никто такие разговоры не ведет, а я, если выпью, то на следующий день даже не помню с кем пил, а о чем беседовали и подавно.


Отец говорил чистую правду. У него была необычная реакция на алкоголь. После какой-то по счету рюмки он мгновенно и полностью отключался и напрочь забывал все события прошедшего дня. Эта рюмка могла быть и десятой и первой. Поэтому он старался не пить, а на случай, когда отказаться было невозможно, разработал хитроумную систему подмены спиртного неспиртным.

- Марк Абрамович, - в голосе майора появились суровые нотки, - Вы не представляете сколько людей хотят помогать нам совершенно добровольно. Не всем мы оказываем такое доверие как Вам. А Вы отказываетесь. Не забывайте, что у вас первая форма допуска по секретности. Заберем – и Вы просто не сможете выполнять свои служебные обязанности. Подумайте хорошенько, одним словом.

Я до сих пор помню каким расстроенным пришел отец домой в тот вечер. Повинился перед матерью. Не успела она начать его пилить, как зазвонил телефон. Звонивший представился инструктором обкома партии и сказал, что ждет отца завтра в десять утра не проходной. Я думаю, что родители в эту ночь так и не смогли уснуть.


На следующее утро отец поехал в обком. На проходной его встретили и передавали с рук на руки пока он не оказался в гигантском кабинете первого секретаря. Первый поздоровался с отцом за руку и сразу перешел к делу.

- Не будем терять время. Я уже знаю, что Вы никогда не встречались с Леонидом Ильичом. Есть только маленькая нестыковка в том, что Леонид Ильич не только встречался с Вами, но и прекрасно помнит Вас. Вот послушайте.

Первый нажал на какую-то кнопку и отец услышал знакомый до боли голос Брежнева:

- Кто прислал? Быков, Марк Абрамович говоришь? Есть такой, я его по Кишиневу помню. Еврей с русской фамилией. Грамотный товарищ и беленькую грамотно употребляет. Я его перепил, но с большим трудом, на грани можно сказать. И как это? Киш мерин тухес? Смотри, не забыл!

Потом Первый взял со стола лист бумаги и продолжил:

- А вот справка, которую я получил из КГБ. Из нее следует, что в то время, как Леонид Ильич был первым секретарем ЦК Молдавии, Вы были главным инженером проекта Кишиневского тракторного завода и регулярно ездили туда в командировки.


И тут отец вспомнил! Как с конвейера завода сошел первый трактор, как приехали гости из ЦК. После митинга в заводской столовой был банкет, а потом узким кругом поехали на какую-то большую дачу с парной и бассейном. Отца, конечно, прихватили по ошибке, но в провинциальной Молдавии, где тракторный был самым большим заводом, случалось всякое.

Вспомнил и симпатичного мужика с густыми широкими бровями, с которым они трепались почти до утра, когда остальные сошли с дистанции. Вспомнил, как выпили на брудершафт. В какой-то момент новый друг заподозрил, что отец мухлюет и стал ему наливать сам. После пятой рюмки отец отключился.

Очнулся он только в гостинице, и последним, что помнил, был сходящий с конвейера трактор.

Пораженный внезапным прозрением, отец немедленно поделился воспоминаниями с Первым. Тот слушал с открытым ртом. Он же прервал наступившую тишину:

- Есть мнение, что товарищ Брежнев может пригласить Вас в гости. Если пригласит, с деталями Вас ознакомят позже. Хочу только предупредить, что не стоит выносить сор из избы. - Первый вдруг задумался, - Марк Абрамович, между прочим, что это за тухес такой? Может Вы знаете? Никак разобраться не можем.


Отец незаметно вздохнул. Ненормативную лексику он не любил и пользовался ею крайне редко.

- Тухес – по-еврейски жопа.

- Жопа!? - удивился Первый, - А при чем тогда к жопе мерин?

- Не “мерин”, а “мир ин”. Леонид Ильич попросил научить его еврейским ругательствам. Больше всего ему понравилось “киш мир ин тухес”.

Переводится как “поцелуй меня в жопу”.

- А что, действительно хорошо звучит! Нужно запомнить. Может пригодиться?! - Первый явно пришел в хорошее настроение и с удовольствием повторил, - Киш мир ин тухес. Правильно?

- Отлично. У вас получается не хуже чем у Леонида Ильича, - отец снова вздохнул.

- Марк Абрамович, а о чем еще кроме тухеса говорили, если не секрет?

- Если память меня не обманывает, о заводе, о прекрасных дамах, о том что вокруг сплошной бардак...

- Да, бардака хватает... - согласился Первый и вроде даже хотел продолжить, но спохватился, - Марк Абрамович, может быть Вам чем-то нужно помочь?

- Наверное нужно. Меня вчера товарищ майор пообещал допуска лишить.

- Ну, это пусть Вас беспокоит меньше всего. Вы теперь номенклатура лично Леонида Ильича. Без него Вас никто и никогда не тронет.


Распрощались. Секретарь вручила отцу два приглашения на обкомовскую базу. Там за полцены отец купил себе финский костюм и голландские туфли, а мама французскую шубу из искусственного меха. В Москву отца так и не пригласили.








Оффлайн Mustafa

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1355
  • Пол: Мужской
  • Из СРМ
Re: Байки
« #816 : 08 Августа 2018, 19:20:59 »
Вышел на лёд порыбачить... Решил не сидеть в общей куче, отошел от нее метров пятьсот, осмотрелся. Вижу, вдалеке сидят три мужика — ну, думаю, не просто так сидят. Решил к ним. Лед становился тоньше, и вскоре я почувствовал, как под ним двигается волна. Мужики меня заметили, сука, встали, взяли короткий разбег, взмахнули крыльями и полетели... Это были большие птицы — или орланы, или ещё какие-нибудь. Половину обратной дороги я полз. С тех самых пор беру бинокль. Штаны не намочил, но трясло знатно.